Археологи нашли на территории Северной Африки следы поселений человека, которым не менее 3,5 тысячи лет. Однако связь между современными берберами и народом, который древние греки называли ливийцами, установить пока не удалось. Поэтому будем довольствоваться легендой, что берберы - потомки жителей сказочной Атлантиды.

Ничегонеделание - национальная черта этих потомков. Более четверти местного населения безработные, а остальные предпочитают действию праздность. Мужчины часами сидят на улице без дела, а женщины… впрочем, увидеть хотя бы одну сидящую без дела нам так и не удалось!

В провинции мусульманки одеваются традиционно. Это в столице можно встретить девушку-студентку с открытым лицом, в джинсах и обтягивающей майке. В деревнях же все наоборот - черная ткань на лице и бесформенная джелаба до пят.

Сопровождавший нас гид-марокканец первым делом сообщил, что за иностранными журналистами в стране установлено негласное наблюдение, а снимать военных и полицейских вообще строжайше запрещено.

Путешествующий по Марокко европеец довольно скоро замечает, что марокканцам все время что-то от него нужно: то один дирхем, то сувенир, то поменяться часами. А об их торговых талантах впору слагать легенды. Продавая какую-нибудь вещь, хозяин поднимает цену приблизительно в 300 раз, просто так, чтобы поторговаться.

Коммерческому гению местных жителей мог бы позавидовать любой современный коммивояжер. Например, в XVI веке, при династии Саадинов, они покупали в Италии каррарский мрамор. Пропорции были просты: килограмм сахара за килограмм мрамора. Многие сохранившиеся шикарные здания в столичных городах - Мекнесе и Фесе - были построены на "сахарные деньги".

Впрочем, бизнес складывался удачно не только с наивными европейцами. У жителей Тимбукту, например, марокканцы покупали золото: килограмм золота за килограмм соли. И вполне обоснованно процветали. Во многом благодаря соли и сахару в Средние века им удалось построить огромную империю, простиравшуюся от Алжира и Туниса до Ливии, включавшую территории Испании и Франции.

Коммерческие успехи арабов сумели повторить лишь португальцы, выменявшие в том же Тимбукту на оружие и одежду более 5 миллионов чернокожих рабов.

В горах Среднего Атласа живут берберские кочевники. В этих краях дожди идут не более месяца в году, и поэтому все здесь сделано из шерсти: крыша, палатки, ковры и одежда. Раз в неделю глава семейства отправляется за несколько десятков километров на базар, чтобы продать очередной, сотканный руками его жены, ковер.

Признаком хорошего тона в этой стране считается приглашать для строительства крупных мечетей и усыпальниц королей иностранных архитекторов. Например, грандиозная мечеть Хассана II в Касабланке - самое высокое религиозное сооружение в мире - построена по проекту француза Мишеля Пинсо, который даже не был мусульманином. А усыпальницу короля Хассана II в Рабате вообще строил вьетнамский архитектор Ву Тон. Говорят, что внутри - изящная мозаика сочетается с тонкими листами золота.

Однако входить в мечети в Марокко немусульманам категорически запрещено. Этот запрет в свое время ввел генерал-резидент Марокко маршал Лиоте. Времена колонизации давно прошли, а запрет, введенный французами, так понравился, что его поддерживают до сих пор.